Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
18:43 

Эндрю Дэвидсон - Горгулья

Mielikka
Ты поймешь, что она ангел, только тогда, когда она повернется к тебе спиной...
- Когда-то, давным-давно, во Франции, поблизости от реки Сены, жил-был дракон по имени Горгулий. Горгулий был вполне обычным драконом, с зеленой чешуей, длинной шеей, острыми когтями и небольшими крылышками, которые никак бы не сумели удержать тело в полете, но тем не менее удерживали. Как и большинство драконов, Горгулий умел изрыгать огонь, извергать галлоны воды, когтями выдирать деревья прямо с корнем.
Жители соседнего городка, Руана, ненавидели дракона и жили в страхе. Но что они могли поделать? Горгулий намного превосходил их могуществом, и каждый год они приносили ему жертву, надеясь умиротворить. Горгулий предпочитал юных девственниц, как и заведено у драконов, а горожане вечно предлагали ему преступников. В любом случае пожирали людей. Отвратительная ситуация, не правда ли?
Так продолжалось много десятилетий. Наконец, примерно в шестисотом году нашей эры, в городке объявился священник Роман. Он прослышал о Горгулии и захотел одолеть чудище. Если в городе построят церковь, предложил Роман, и если каждый житель согласится пройти обряд крещения, он, роман, прогонит дракона. Горожане, не будь дураки, сочли сделку выгодной. Что им было терять, кроме дракона?
Итак, Роман отправился к Сене, прихватив с собой колокол, Библию, свечу и крест. Он зажег свечу и установил на земле, потом раскрыл Библию и стал звать Горгулия. Зверь, нисколько не беспокоясь, вылез из пещеры; в конце концов, ведь он был драконом, чего ж ему бояться простого человека? Гость скорее всего окажется лишь свежим мясом.
При появлении дракона Роман зазвонил в колокол, как будто возвещая смерть, и принялся громко читать слова Господа.
От этих звуков дракон как будто развеселился и стал было фыркать дымом, но внезапно понял, что не может изрыгнуть огонь. Легкие его обожгло болью, они словно съежились, лишились воздуха.
Не сумев окатить священника пламенем, Горгулий разинул пасть и бросился на человека. Роман поднял крест и твердой рукой выставил перед зверем. Дракон не мог добраться до Романа, его словно отталкивала невидимая рука. В какую бы сторону ни бросалось чудовище, священник предвосхищал его действия. Горгулий никак не мог приблизится к своему мучителю. Держа крест в одной руке , а Библию - в другой, Роман все читал, с простой и твердой верой, и каждым словом как стрелой разил драконью чешую, каждой главой словно вгонял в бок твари копье.
За свою долгую жизнь Горгулий никогда не испытывал ничего подобного и теперь пытался отступить. Он вертел головой, однако Роман с помощью креста гнал зверя точно назад.
Загнав дракона в пещеру, священник продолжал безжалостно читать Библию, и вот зверюга, побежденная, рухнула на колени. В завершение действа Роман захлопнул книгу и задул свечу; обряд завершился, тварь была покорена.
Не в силах больше бороться, горгулий преклонил голову и позволил Роману накинуть себе на шею ризу. Потом священник с помощью креста натуго затянул этот поводок и потащил усмиренного дракона в город.
Всем известно, что дракона можно убить только одним способом – сжечь заживо у столба, что и было проделано. Горгулий кричал в агонии, но горожанам то была сладкая музыка. Он визжал и бился до самого конца, потому что голова и шея у драконов не горят – ведь Горгулий был способен изрыгать огонь и в собственном пламени закалил эти части тела. Наконец чудище издохло. Жители городка были избавлены от ужасного проклятия.
Горожане были людьми благородными и выполнили свою часть уговора. Абсолютно каждый из них покрестился, а затем была построена церковь. На башню водрузили уцелевшую голову Горгулия, и та долгие века служила для острастки всех химер и горгулий.

"Сказки о любви, которые рассказывала Марианн Энгел"

Да, Грациана лишь одно знала твердо: ее любимый Франческо – человек достойный. Он был кузнец, жил в ее родном Фиренце и усердно совершенствовал свое мастерство, всегда стараясь выковать подкову получше или меч покрепче. Порой он совсем забывал о времени и трудился до тех пор, пока на пороге мастерской не появлялась Грациана – мол, сколько можно стоять у горна, нужно и жене уделять внимание! Она шутила, что должно быть в прошлой жизни натворил он дел, раз так усердно готовится к аду. Франческо со смехом обещал, что сейчас же придет к ней, а Грациана тоже смеялась, точно зная, что уж где-где, а в аду ее супруга ждут в последнюю очередь.

Франческо не сумел бы прославиться как «величайший оружейник всей Италии» или «знаменитый кузнец из Фиренцы», но ему было все равно. Он лишь хотел быть хорошим ремесленником, честным и заслуживающим доверия, но более всего стремился быть хорошим мужем. В мастерской он создавал прекрасные подарки для Грацианы: подсвечники, столовые приборы и самые чудесные украшения. И всегда почитал самым высшим своим достижением в кузнечном деле обручальные кольца, что когда-то выковал себе и Грациане. В одной из комнат их домика хранилась коллекция металлических игрушек – для малыша, которого они пытались зачать. Он мечтал о дне, когда сможет стать любящим отцом детишкам.

Он не отличался особенной красотой, этот Франческо Корселлини; впрочем, нельзя было назвать красавицей и его жену. Он был слишком волосат, на вкус иных женщин, а стальные руки соединялись с туловищем, которому досталось слишком много спагетти и пива. Бывало, Грациана называла его L`Orsacchiotto – «Медвежонок» - и подпихивала в живот, а Франческо парировал: «Я его заработал! Это ж мышца в покое!»

Во внешности Грацианы, кроме густых волос и темных глаз, не было ничего примечательного, А все же Франческо звал ее прекраснейшей женщиной в Италии и сам искренне в это верил. Встретились они еще детьми, и он не уставал благодарить бога за такую жену.

Они были счастливы. Она – добрая, он – преданный. О чем еще говорить?

К сожалению, было о чем.

Шел 1347 год; новая зараза пришла из Китая – самая страшная, невиданная доселе напасть. Она пробралась из портов в города и деревни Италии и косила людей, как лесной пожар валит деревья. В каждом селении беспрерывно звонили церковные колокола – считалось, что звук этот изгоняет болезни. Многим людям казалось, что зараза распространяется с трупным запахом, и они зажимали носы надушенными платочками. Повсюду курился ладан, мешаясь с запахом смерти…

И вот однажды днем Грациана ощутила жар. Она ушла к себе, легла передохнуть.

А проснувшись к вечеру, обнаружила у себя между ног нарыв размером с яйцо, а под мышками болезненные припухлости. Так она поняла, что ее настигла Черная смерть.

Франческо готовил ужин. Жена закричала из комнаты, чтобы он уходил скорее, потому что она заболела. «Gavoccioli!» - кричала она. «Бубоны!»Требовала, чтобы он спасался, ведь всем было известно: для заболевшего нет надежды. Она умоляла его: «Уходи! Уходи сейчас же!»

В кухне было тихо. Грациана лежала в постели и вслушивалась в молчание, отделявшее ее от мужа. Вскоре до нее донеслось звяканье горшков и сковородок – Франческо пытался заглушить свой плач. Так продолжалось несколько минут, потом по коридору зазвучали шаги Франческо. Грациана закричала, стала проклинать его, просила не входить, но муж уже стоял в дверях с подносом – принес ей пасту и немного вина.

- Тебе полегчает от еды, съешь хоть немножко, - произнес Франческо. Он вошел, поставил поднос у кровати и присел рядом. А потом склонился, чтобы поцеловать.

Грациана дернулась в сторону. В первый и единственный раз в жизни попыталась она отказать мужу, но кузнец был силен – обхватив жену, поцелуями заглушил все протесты и возражения. Она догадалась, что сопротивляться бесполезно, и, секунду помешкав, ответила на поцелуй. Все было кончено.

В ту ночь они едва поели и легли спать. В окно заглядывала полная луна.

- La luna e` tenera, - заметил Франческо. «Луна нежна». Он закрыл глаза и крепче обнял жену. И, засыпая, Грациана видела его спокойное лицо.

А проснувшись поутру опять увидела лицо мужа. Ее ужасно лихорадило, бросало в пот и трясло.

- Посмотри, - нежно промолвил он. – У тебя на коже появились темные пятна.

Грациана начала всхлипывать, но Франческо с улыбкой погладил ее по голове.

- Не плач! На это нет у нас времени. Давай любить друг друга, пока еще можем.

И в тот же вечер Грациане стало совсем худо. Три следующих дня, они лежали вместе.

Целых три дня Грациана умирала ужасной смертью у него на руках, а он рассказывал ей сказки о лебедях, чудесах и великой любви. На третью ночь с начала болезни, ровно в полночь, Франческо проснулся от хриплого, тяжелого дыхания жены. Она посмотрела на него.

- Вот и все.

А он ответил:

- Скоро увидимся.

В последний раз поцеловал Франческо Грациану, всей грудью глубоко вдохнул ее последний вздох.

- Ti amo, - сказала она. – Люблю тебя.

Когда она скончалась, Франческо снял с ее пальца обручальное кольцо. Теперь он тоже был очень болен, но заставил себя подняться с кровати. Он едва стоял на ногах, корчился от рвотных позывов и жара, однако сумел дойти до кузницы. Оставалось доделать последнее.

Он развел огонь в своем горне. Расплавил оба обручальных кольца, свое и Грацианы, и вылил в форму для наконечника стрелы. Готовый наконечник насадил на древко. Осмотрел стрелу по всей длине, убедился, что она прямая и надежная, как все, что делал он прежде.

Франческо снял со стены арбалет. Он остался от отца, великого стрелка, погибшего в битве, когда Франческо и его брат Бернардо были совсем маленькие. Арбалет этот, возвращенный в Фиренце сослуживцем отца, был единственным воспоминанием, оставшимся Франческо от родителя.

Кузнец вернулся в спальню, к телу Грацианы, и просунул арбалет со стрелой в открытое окно. Уже светало; он окликнул проходившего мальчишку и попросил передать весточку брату, что жил на другом конце города. Через час Бернардо объявился у окна спальни.

Франческо умолял его не подходить ближе из боязни заразить.

И попросил лишь о последнем одолжении.

- Все, что угодно, - ответил Бернардо. – Я почту твою последнюю просьбу.

Франческо объяснил, чего хочет, и сел на кровати.ю лицом к окну.

Подавляя рыдания, Бернардо взял арбалет и натянул тетиву. Глубоко вздохнул, сосредоточился и мысленно попросил дух отца направить стрелу в цель. Потом спустил тетиву, и стрела полетела. Выстрел был точным, смерть – мгновенной.

Франческо упал на кровать, подле своей Грацианы, и стрела с наконечником из обручальных колец прочно вошла ему в сердце. Умер он, как жил, в любви…

URL
Комментарии
2010-02-04 в 00:05 

Рыжая ведьма
Умей пережить ту минуту, когда кажется, что все уже потеряно
Правда хорошая книга? Я на нее месяц облизывалась, пока не купила. и тов се боялась, что ее кто-нибудь купит. Теперь вот надо будет ее забрать и снова перечитать.

2010-02-08 в 16:55 

Mielikka
Ты поймешь, что она ангел, только тогда, когда она повернется к тебе спиной...
да мне понравилась...спасибо :)

URL
   

Пустота - это то, полнее чего ничего нет...

главная